Главная \ А ИМ «ПО БАРАБАНУ…» \ А ИМ «ПО БАРАБАНУ…»

А ИМ «ПО БАРАБАНУ…»

100508

IMG-20221205-WA0002

    Если бы из какого-то отдалённого села, в которое из-за отсутствия дорог можно добраться, например, только в определённое время года, и только на вертолёте, фельдшер ФАПа по интернету передавал бы данные пациентов в московскую или питерскую клинику для получения консультаций от высококлассных специалистов, это считалось бы верхом цивилизации.

   А когда из столицы субъекта Федерации рентгеновские снимки пациентов отправляют с помощью Интернета в какую-нибудь московскую или оренбургскую клинику, нет, не для получения консультаций от высококлассных специалистов, а для того, чтобы врач-рентгенолог просто описывал эти снимки, то есть расшифровывал их, указывая, что именно на этих снимках видно, чтобы он делал врачебное заключение и отправлял это описание обратно в субъект Федерации, это считается чем?

   Как расценивать ситуацию, когда в большом базовом медучреждении региона нет ни одного врача-рентгенолога? Как край, ниже которого уже не упасть, даже если сильно постараться?

   До чего довели базовое медицинское учреждение субъекта Федерации –областную больницу? До ФАПа какого-нибудь заброшенного, бесперспективного села?

   В областной больнице есть рентген-кабинет, есть в нём и рентген-лаборанты, и медсёстры, а врача-рентгенолога нет. Последние убежали. Поэтому снимки пациентов для их описания направляются в цифровом виде по интернету в … Оренбург! Видимо, ближе никого не нашли на ту зарплату, которую они предлагают местным специалистам. Поэтому теперь оплачивают оренбургских специалистов и, скорей всего, по более высокому тарифу.

   В рентген-кабинете есть компьютер, в разных отделениях больницы, насколько мне известно, тоже есть компьютеры, но врачи из всех отделений, расположенных на разных этажах и в разных корпусах, вынуждены спускаться на первый этаж в рентген-кабинет, чтобы посмотреть снимок того или иного пациента в цифровом варианте. Почему снимки пациентов не передаются в отделения, в которых они лежат? Потому что в рентген-кабинете нет плёнки, а значит, нет возможности их распечатать, там даже краски в принтере нет!

   Почему врач, например, травматологического отделения не может в своём компьютере посмотреть снимок пациента? Потому что компьютер рентген-кабинета не объединён в одну сеть с компьютерами, которые имеются в отделениях: видимо, не может больница купить совсем недорогой сетевой провод и специальную коробочку, тоже недорогую, объединяющую компьютеры в одну сеть. И так называемый департамент здравоохранения ничем помочь не может…

   Не работает в больничной лаборатории один из ключевых аппаратов, с помощью которого проводится большая часть исследований (анализов пациентов). Не работает, потому что в нём лампочка сгорела. Заменить специальную лампочку за тридцать - сорок тысяч рублей больнице не под силу, поэтому исследования, которые могли бы принести медучреждению доход в десять-пятнадцать миллионов рублей, проводит, например, частная лаборатория «ТАФИ-диагностика» и получает этот доход.

    Больница теряет миллионы из-за экономии на покупке одной лампочки стоимостью в тридцать-сорок тысяч рублей, а департамент ничем помочь не может, но в то же время проводит в больнице масштабную замену новых кроватей, которые в палатах ещё и года не простояли, на такие же новые кровати.

   Как утверждают сотрудники областной больницы, в это учреждение разом закуплено чуть ли не пятьсот кроватей. В отделениях ими все коридоры заставлены. Их стараются быстро собрать и впихнуть в палаты. А те, которые были установлены меньше года назад, – практически, тоже новые, демонтировать, вынести из палат и запихнуть на склад. Полагаю, что стоимость пятисот новых кроватей исчисляется миллионами рублей.

   То же самое, по сути, с пластиковыми окнами. По всей больнице вдруг резко начали менять окна, которые не так давно установили. То есть меняют новые на новые и, опять-таки, тратят миллионы рублей по инициативе, как я понимаю, так называемого департамента?

   А в это время врачи областной больницы получают очередную месячную зарплату размером в двадцать одну тысячу рублей с копейками. Мало? Так денег у больницы же нет! И департамент ничем помочь не может…

   Зарплата – отдельная тема. Если рассуждать логически, медицинское учреждение потому и называется медицинским, что главными в нём являются медики. И деньги в бюджет медицинского учреждения зарабатывают медики. ФОМС оплачивает лечение каждого пациента. А лечение осуществляют медики, а не юристы, экономисты, бухгалтера, кадровики и заместители главного врача.

   Тем не менее, в областной больнице именно юристы, экономисты, бухгалтера, кадровики, заместители главного врача и т.п. получают ежемесячно зарплаты, которые, как правило, в два, три, четыре раза превышают зарплаты медиков.

    А давайте посмотрим, какая от них польза больнице на примере того же рентген-кабинета, отсутствия в нём врача-рентгенолога и пересылки снимков пациентов оренбургским врачам по интернету.

    Вот представьте себе: за очень ограниченное время и с учётом разных часовых поясов рентген-кабинет больницы должен ежедневно пересылать в Оренбург несколько десятков историй болезни в день (35 – 45). То есть отправляются врачу в Оренбург не только снимки, но и к каждому снимку – изложение краткой информации – анамнез пациента.

    Кто это должен делать? Наверняка тот, кто имеет соответствующее образование – рентген-лаборант, то есть правая рука врача-рентгенолога, который знает, что именно необходимо указать в краткой информации о пациенте, которого обучали работать со снимками в цифровом формате.

    Так и было раньше в нашей областной больнице. Раньше, когда на должности там назначались люди в соответствии с образованием, а также наличием допуска к осуществлению той или иной медицинской деятельности.

   Сегодня всё иначе. Сегодня в больнице кто хочет, тот и правит, не имея никакого отношения к медицине. Поэтому должностные обязанности медиков, соответствующие нормативам, установленным приказами Минздрава РФ, могут изменяться так, как этого хочется тем, кто правит.

    Например, не захотел рентген-лаборант направлять в Оренбург снимки пациентов с их анамнезом, – и эту обязанность вписали в должностные обязанности медсестры архива, у которой нет ни соответствующего образования, ни допуска к такой работе, ни знаний, как работать с такой компьютерной программой, поскольку её не обучали работать с цифровыми снимками.

   Кто вписал? Начальник отдела кадров больницы. Вот так просто, не проконсультировавшись у юриста больницы, не сверив с нормативными документами Минздрава РФ, взяла и внесла изменения в должностные инструкции медсестры архива. На вопрос медсестры, зачем она это сделала, начальник отдела кадров ответила, что ей «всё по барабану», ей сказали вписать, она и вписала.

   Кто сказал? Ну, наверное, тот, кто отвечает за лечебную часть в больнице – заместитель главного врача по лечебной части Кушкян. А он зачем это сделал? Он ведь должен был понимать, что от этого зависит здоровье пациентов, достоверность диагнозов, дальнейшее лечение? Должен был, но ему, видимо, тоже «всё по барабану». Его попросили, и он, не задумываясь, выполнил просьбу.

    Кто попросил? За работу среднего медицинского персонала отвечает в больнице главная медсестра. Она контролирует исполнение должностных обязанностей средним медицинским персоналом, значит, она и могла попросить.

   Но даже если она не просила, то наверняка о внесении этих изменений знала, как председатель профсоюзной организации больницы. Её подпись стоит на документе. Она от имени профсоюза согласовала внесение этих изменений в должностные инструкции. Согласовала в нарушение всех норм и правил! И сделала это, скорей всего, осознанно, потому что, занимая столько лет пост председателя профсоюзной организации, она не могла не знать, что согласует грубейшие нарушения трудовых прав медсестры.

   Почему она это сделала? Ей тоже «по барабану» и пациенты, и сотрудники больницы, интересы которых она, как председатель профсоюзной организации медучреждения, должна защищать? Видимо, да…

    А что же главный врач больницы? Его подпись также стоит на документе о внесении изменений в должностные инструкции медсестры архива. Но мне почему-то кажется, что он, подписывая, не вникал в суть документа, поскольку полагался на профессионализм и чувство ответственности своих подчинённых: заместителя по лечебной части, главной медсестры, начальника отдела кадров и т.п.

   Судя по всему, он не догадывается, что тем, кто в отличие от врачей, среднего и младшего медперсонала, получает в больнице очень немалые зарплаты, на самом деле «всё по барабану»!...

    До чего довели базовое медицинское учреждение субъекта Федерации –областную больницу? До ФАПАа какого-нибудь заброшенного, бесперспективного села.

   Можно изменить ситуацию? Да, если всё, что сегодня творится в здравоохранении области, не будет «по барабану» правоохранительным и надзорным органам, если они всерьёз заинтересуются и нарушением трудовых прав работников в областной больнице, и заменой новых кроватей на такие же новые, и новых окон на такие же новые, и многим другим, сильно напоминающим спешное «отмывание» государственных  миллионов …

 Елена ГОЛУБЬ

  P.S. Уважаемые читатели! Газете очень нужна ваша помощь.

Ваши добровольные пожертвования – гарантия существования «Газеты на Дом». Вы можете перечислить любую сумму денег на карту Сбербанка 2202 2061 5812 2247 МИР, если, конечно, хотите, чтобы газета продолжала рассказывать о том, о чём молчат другие СМИ.

Заголовок блока
IMG_20200320_124358_4 Sledstvennyj_komitet_Rossii 
Телефон:
Яндекс.Метрика